Все записи
МОЙ ВЫБОР 14:34  /  22.03.18

404просмотра

Быть добровольным лесным пожарным и найти связь с родиной

+T -
Поделиться:

Андрей Бородин, добровольный лесной пожарный, руководитель «Добровольческого корпуса Байкала» из Улан-Удэ рассказывает о том, как в регионе почти победили торфяные пожары.  

Всё горит, денег нет, воды нет — и мы пришли на помощь

В 2015 году были самые катастрофические пожары, и все обратили внимание на проблему. Наши соседи, иркутяне создали у себя первый добровольческий отряд «15 августа», и новости активно расходились по соцсетям. Большую часть жизни я занимался связями с общественностью, либо работал преподавателем — мне не хватало какого-то мужского дела и я решил: надо что-то делать.

В то лето я был без официальной работы и относительно свободен (накануне ушёл из Администрации Улан-Удэ). 25 августа мы собрали общественный штаб, через три дня отправили первую партию материальной помощи: топоры, лопаты, майки, футболки, сгущённое молоко — всё, что люди приносили в помощь пожарным. Пожарные уже два с половиной месяца не вылезали из леса, горело много, засушливое было лето, сил не хватало,  на отдых людей не отпускали, всем было очень сложно.

Через неделю  наши первые добровольцы отправились в Забайкальский нацпарк, на полуостров Святой нос, который к тому моменту практически на одну треть сгорел. Вскоре пошли дожди, и пожары прекратились.

Но потом началась новая история: оказывается в Кабанском районе, в дельте Селенги большие торфяные залежи горели уже 10 лет. На проблему никто не обращал внимания, жители травились дымом,  машины ездили в полутумане, случались аварии со смертельным исходом, но никто активно не реагировал. Денег нет, воды нет. Зампредседателя Правительства говорил, что направил в район все ассенизаторские машины, они все льют и льют, но затушить никак не могут. Тогда ребята из Гринпис были в Иркутской области, и мы попросили, чтобы они к нам заехали и помогли с тушением торфяников. Так началась наша дружба.

На наш призыв откликнулось 150 человек, нужна была какая-то структура, вокруг которой можно объединиться и продолжать работу. В ноябре 2015 года мы организовали «Добровольческий корпус Байкала».

Мы создаём  Байкальскую добровольную лесную пожарную охрану — сообщество молодых ребят, которые живут у себя на местах и которым по жизни нужны навыки реагирования на подобные ситуации, будь то наводнение или природные пожары. Помогаем со спецодеждой, особенно в деревнях, даём базовые знания и оплачиваем прививки от клещевого энцефалита. На это мы получили президентский грант.

Природных пожаров стало меньше, а финансирование на тушение и профилактику выросло в два раза

Мы тушили торфяники в 2016 году. В 2017 тушили уже меньше: ситуация стабилизировалась, власти как-то подключились, и народ стал ответственнее.

У нас позитивная динамика по количеству пожаров —  их становится меньше. Площадь пожаров уменьшилась на 14 %, количество —  на 52 %. 40% пожаров, возникших в 2017 году, были потушены в первые сутки. Это очень хороший результат.

В этом году федеральное правительство выделяет в два раза больше денег, чем в прошлом году на тушение и профилактику лесных пожаров. В Рослесхозе пересчитали формулу финансового обеспечения, учли классы горимости по нашим хвойным лесам. Руководство республики сменилось и они намерены заставить профессионально исполнять свои обязанности тех людей, которые должны это делать по-закону.

В Кабанском районе местные жители видят перемены: стало больше светлых дней, когда солнце белое и задымление меньше.

Проблема больших торфяников в Бурятии решена. Мы контролируем ситуацию. Но работы добровольцам все равно хватит. Надо год пережить и посмотреть.

Будем пробовать заинтересовать добровольцев профилактикой. Нет у нас опыта, в этом году будет первая наша компания по информационной работе.

Регион у нас специфический,  сейсмическая зона, раз в 20 лет бывает наводнение. В этом году уровень снега — максимум за 50 лет. Я хочу, чтобы те ребята, которых мы начнём учить тушению лесных и торфяных пожаров, ещё и обучились навыкам первой медицинской помощи. Особенно это актуально для малых сёл, так как число фельдшерских пунктов сокращается.

А вообще, я хочу создать в байкальском регионе институт волонтёрский каникул для выпускников: когда закончил университет, и у тебя есть год, чтобы поработать волонтёром, а потом уже начнутся обязательства.

Добровольные лесные пожарные: пенсионеры, студенты и местные жители

Мы работаем с ребятами из университета, которые учатся на кафедре защиты от чрезвычайных ситуаций. Они помогали нам на первых выездах, это наш боевой костяк. Параллельно втягиваются люди, которые находят в нашем лице единомышленников. В Закалтусе нам помогает пенсионер, местный житель Павел Ильич, в Селенгинске бывший начальник целлюлозно-картонного комбината, ребята-выпускники, которые заканчивают эту специальность, — это наши мобилизационные резервы активистов.

Главные качества добровольного пожарного — смелость с пониманием ответственности, любовь к природе и вера в людей. Из привычного ритма жизни нужно сделать шаг в сторону, переступить свои пороги: решиться оторваться от семьи или вместо того, чтобы поехать на заработки, поехать с нами.  

Местные жители относятся к нам хорошо, поддерживают, как раз сейчас мы начинаем их активно вовлекать, но взамен им нужно что-то дать. Ту же самую прививку, которая стоит три тысячи, спецодежду, сапоги. Особого желания они не изъявляют, считают, что это власти должны делать: «Раз власти кичатся своими возможностями, закладывают миллионы на рекультивацию, технику большую покупают, и если у них есть деньги, то пусть они и тушат, что я-то должен?»

Считаю ли я себя защитником отечества?

Я пытаюсь найти связь с родиной. У бурятских народов есть понятие «тоонто нютаг» — малая родина. Когда у кочевых народов рождается ребёнок, на этом месте в юрте закапывают послед — это и называется малая родина. По традиции ты должен каждый год приезжать на это место: твоя связь с природой как раз через это место проходит. То, что тебя с землёй объединяет физически.

Я занимаюсь «Добровольческим корпусом Байкала», потому что это моё маленькое отечество: я, мои дети, родные. Когда я что-то делаю, то делаю что-то для них, чтобы быть примером для детей, чтобы близкие не дышали дымом, который нас отравляет.

Наше общество, особенно люди старшего поколения, не верили в перемены. Когда у тебя из окна из-за дыма не видно соседний дом, по телевизору говорят, что площадь пожаров растёт, и надежда уходит. А тут появляются общественники, и надежда возвращается. Как-то в Кабанском районе бабушка передала добровольцам банку тушёнки, сгущённое молоко и чай, купила всего на сто рублей, но для неё мир изменился, потому что появились люди, которые ей помогают. Мы вносим вклад  в борьбу против загрязнения воздуха, в но первую очередь работаем для людей, на которых, как правило, вообще не обращают внимания.

Новости наших партнеров